Невкусные люди

Много лет назад одна из моих интеллигентных питерских подруг сказала: «Я было совсем влюбилась. Красавец, умница, хорошая семья и все такое. А потом он признался, что его любимый фильм — „Экипаж“. И все перечеркнул. Я больше смотреть на него не могла».

upload

Помню, я тогда сильно удивилась. Конечно, я все понимаю — душевная близость, общие интересы, общие культурные коды. Но чтобы вот так взять и разлюбить из-за фильма «Экипаж»!

Мне кажется, я легко прощаю людям чуждые мне культурные пристрастия. Ну любит он «Матрицу» или «Людей Икс». Пусть, от фон Триера и Хичкока не убудет. Считает великими писателями братьев Стругацких и Кастанеду — да пожалуйста! Слушает Джастина Бибера — ну не знаю, всему, конечно, есть предел…

Но есть область, в которой я нетерпима, как Святая инквизиция. И есть фраза, способная раздавить самую трепетную близость в зародыше. Сколько раз начало прекрасной дружбы было перечеркнуто словами, сказанными в порыве нежной доверчивости: «Вообще-то я не гурман!»

Сердце мое обрывалось и падало. Вот он, мой фильм «Экипаж»! Конец романа. По молодости я еще как-то пыталась потянуть время, приспособиться, убедить себя, что гастрономические вкусы поддаются эволюции, если не революции, что терпение и труд все перетрут. Со временем я поняла, что со взрослыми людьми гастрономическое перерождение случается крайне редко.

Вкусовые рецепторы надо тренировать с детства — или в крайнем случае с ранней юности. Именно тренировать, как мускулы. Учиться различать оттенки вкусов, гармонию и дисгармонию их сочетаний, получать удовольствие от вида, запаха, порядка подачи блюд. Чувствовать продукты как нечто живое, узнавать в них сезон, стихию, прикосновение человеческих рук. И быть очень любопытным — это, может быть, самое главное.

Мы водили детей в мишленовские рестораны лет с трех-четырех. Помню, как в ресторане Янника Франка в отеле «Château Saint-Martin» в Вансе (кажется, тогда Франк только получил вторую звезду), мои дети терпеливо съели все, что им подали в чуть сокращенном гастрономическом сете, включая улиток и устрицу. Мы с мужем всегда слегка хитрили: говорили, что шеф наблюдает за едоками через специальное отверстие в стене и страшно страдает, если кто-то плюется или отодвигает тарелку. Когда подали базиликовый сорбет, дети с покерными лицами поковырялись в нем, потом вежливо попросились выйти на минутку. Позже они признались, что бросились в туалет, где их немедленно вырвало — и улиткой, и устрицей, и базиликовым сорбетом. Так что воспитание их гастрономических чувств не было гладким. Это была тяжелая работа, как и любое воспитание. Работа, которую почему-то большинство родителей предпочитает не делать, спасаясь детским меню, состоящим из вариаций на темы фастфуда: фриты, котлеты, спагетти болоньезе, в лучшем случае — куриная грудка в сухарях и два шарика ванильного мороженого. У родителей всегда есть оправдание: «Иначе они вообще ничего есть не будут». Да, не будут, потому что вы их ни к чему другому не приучили. На самом деле любое гастрономическое меню, как и любая кулинария, — это своего рода игра, которую дети с воображением всегда готовы подхватить. Разумеется, если вы играете вместе с ними и умеете объяснять правила.

ЧТОБЫ ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ, НАЖМИТЕ НА СТРЕЛКУ НИЖЕ
ЧТОБЫ ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ, НАЖМИТЕ НА СТРЕЛКУ НИЖЕ
Поделись с друзьями


Жми "Нравится Страница", чтобы получать новые статьи каждый день

Страница: 1 2