Дмитрий Ольшанский: почему мы, артисты МХАТа, ненавидим когалымскую урбанину такой лютой, непросыхающей ненавистью?

Нас, артистов МХАТа, то есть, простите, старых москвичей, часто спрашивают: почему мы ненавидим когалымскую урбанину такой лютой, непросыхающей ненавистью?

l6Wp3Vf6D2RF3RqYDTnrXQ-wide

Неужели мы так враждебны всему милому и пушистому на свете, что нам не нравятся ни широкие тротуары, ни отреставрированные фасады парадных улиц, ни велодорожки с вайфаями, ни фестивали варенья с цветочными арками, бетонными «парками» и декоративной «тундрой» около Василия Блаженного?

И тут можно было бы прикинуться профессором Преображенским и сварливо сказать: да, я не люблю бетонную тундру и вымощенное плиткой варенье.
Но дело даже не в этом.

Урбанина ужасна не потому, что она то и дело оказывается невыносимой, нелепой пошлостью. Мало ли, даже в Венеции можно найти брежневский дом КГБ-архитектуры, вкус каждого чем-нибудь да уязвим.

Нет, урбанина ужасна, потому что она сделана с принципиальным неразличением важного и неважного, с наплевательским отношением к тому, что действительно нужно жителю гэ Москвы, а что ему, может быть, и будет приятно в триста восемьдесят четвертую очередь.

Допустим, вы очаровательная девица, и кавалер подарил вам 101 розу. Очень хорошо.
Но если вы уже не вполне девица, а, скорее, мать троих детей, и так получилось, что вам нечем заплатить за их учебу и врача, а ваш уже не кавалер, а законный муж — вместо того, чтобы принести деньги на этих детей, — снова сует вам 101 розу, порадуйся, мол, милая, — будет ли это вам приятно? Или он все-таки кретин и козел?
Второе — более вероятно.

Поделись с друзьями


Жми "Нравится Страница", чтобы получать новые статьи каждый день

Страница: 1 2